Интервью Председателя Правления К. Шевченко в еженедельнике «Власть денег»: Бухгалтер со связями

Свою несговорчивость в общении c прессой многие финансисты объясняют профессиональной пословицей: «Деньги любят тишину». Прекрасной иллюстрацией такой любви к «тишине» является и банкир Кирилл Шевченко. Несмотря на солидный опыт в руководстве банками и на государственной службе, в СМИ его имя встретишь крайне редко. Еще пять лет назад он был известен лишь в узких кругах бизнес-элиты как успешный менеджер, которому доверял управление своим банком «Финансы и Кредит» олигарх Константин Жеваго. По слухам, благодаря влиятельному покровителю уже в декабре 2006 г. Шевченко возглавил Государственное ипотечное учреждение — центр отечественного жилищного кредитования. Затем, в мае 2009 г., он перешел на тихую должность советника премьер-министра Юлии Тимошенко, а после вошел в наблюдательный совет выкупленного правительством за бюджетные средства у Василия Горбаля проблемного Укргазбанка.

Успешную карьеру Шевченко наблюдатели объясняют хорошими отношениями с еще одной загадочной фигурой украинской политики — Георгием Берадзе. Этот «серый кардинал» украинской власти умудряется занимать ключевые должности в бюрократической машине правительства с 1992 года, несмотря ни на какие политические ветра. Возможно, именно у него Кирилл Шевченко научился дружить одновременно с властью и оппозицией. К БЮТ он близок как еще недавний советник Юлии Владимировны, с Партией регионов отношения также налажены: свой Терра Банк Шевченко купил вместе с нынешним заместителем министра финансов Вадимом Копыловым. Кстати, Шевченко и Копылов земляки — оба родились в Стаханове Луганской области.

Впрочем, как только в разговоре с «ВД» всплыла политика, банкир тут же попросил на этой теме акцент не делать. Накануне интервью он предупредил, что и оценивать качество госуправления в стране не будет категорически. Уже в ходе беседы Шевченко смягчился и все-таки поделился некоторыми наблюдениями за украинской политической кухней.

Какова была ваша роль в должности советника премьер-министра Юлии Тимошенко?
— Моя роль была замечательной. Я получил эту должность после увольнения из Государственного ипотечного учреждения при условии, что не буду ни во что вмешиваться. Я честно отработал три с половиной месяца, ни во что не вмешиваясь.

И вы не дали ни одного совета Юлии Владимировне?
— Юлию Владимировну я, слава Богу, за эти три с половиной месяца ни разу не видел. Вот такой была моя роль. То есть моей роли не было.

А почему от советника премьер-министра требовали невмешательства?
— Это было скорее не должностью советника, а красивое бюрократическое решение после увольнения меня из ГИУ. От меня ничего не требовалось. Перед человеком, который поставил мне это условие, я честно сдержал свое слово.

Кто поставил вам такое условие?
— Я не хочу отвечать на этот вопрос.

Это правда, что ваше назначение на пост советника Юлии Тимошенко состоялось благодаря протекции Георгия Берадзе?
— Этот человек занимал высокую должность (заместитель министра Кабинета Министров в правительстве Юлии Тимошенко — прим. «ВД»), мы общались, приветствовали друг друга. Мне знакома версия, что я — протеже Георгия Берадзе. Ничего страшного. Все бывает.

То есть Георгий Берадзе вас никому не рекомендовал?
— Нет. Эта версия не соответствует действительности.

Расскажите о вашем деловом партнерстве с заместителем министра финансов Вадимом Копыловым.
— Некоторые источники называли моим партнером по Терра Банку господина Копылова. Это все, что я могу сказать.

Вы сегодня одновременно сотрудничаете с представителями власти и оппозиции. А какие у вас лично политические взгляды?
— «Мое политическое кредо — всегда» (цитата из романа «Двенадцать стульев» Ильфа и Петрова — прим. «ВД»). Я очень-очень консервативен. Я не состою ни в одной из партий. Я занимаюсь банковским бизнесом с 1994 года. И считаю, что мои личные политические взгляды не могут влиять на мой бизнес и на отношения с клиентами. Сегодня среди клиентов моего банка есть люди, которые придерживаются разных, диаметрально противоположных политических взглядов. Поэтому я не хочу озвучивать свои политические взгляды — они не должны влиять на бизнес.

Тогда зачем вы ушли из банковского бизнеса и согласились пойти на государственную службу?
— Когда в 2006 г. мне предложили возглавить государственную компанию Кабинета Министров Украины, ГИУ, я работал первым зампредом большого банка, входящего в топ-10 крупнейших финансовых учреждений страны («Финансы и Кредит» — прим. «ВД»). На тот момент мой стаж составлял 11 лет. С моей стороны, конечно, это был риск. Ипотечное учреждение нужно было развивать, но для меня это была возможность реализовать себя на более высоком уровне. В мире людьми очень часто движут амбиции.

Чему вы научились на государственной службе?
— Во-первых, я научился смотреть на проблему не локально, а комплексно. В работе с государственными финансами не существует одной проблемы как таковой, проблема не возникает сама по себе. Там все вопросы смежные. Одно событие обязательно бьет рикошетом и тянет за собой другие. Во-вторых, я научился отношению к документам. По образованию я бухгалтер и знаю, что такое скрупулезная работа с документами. Это было подкреплено моим многолетним опытом работы в банках. Но, поверьте, такого отношения к документам, как я получил на государственной службе, такого уровня проработки и написания текстов я никогда до этого не имел. Государственная служба дает просто виртуозное умение читать и писать документы. В бюрократической системе государственного управления документы пишутся на высшем уровне мастерства, люди сидят ночами, чтобы просто все выверить. Каждая фраза, каждая запятая может совершенно изменить смысл и степень влияния государственного документа. Даже на уровне самых простых, на взгляд постороннего наблюдателя, распространенных форм внутриведомственных и межведомственных переписок.

Финики и кактусы
Весной 2010 года, распрощавшись с госслужбой, Шевченко решил прекратить работу «на дядю» и обзавелся собственным банком. Денег хватило на треть небольшого Терра Банка, амбиции на счет которого у авторитетного финансиста весомые. Как известно, эти амбиции (а также, очевидно, и деньги) появились за десять лет, которые он отдал развитию другого банка, «Финансы и Кредит». Придя в банк в начале 1990-х рядовым сотрудником, к 1999-му он стал первым заместителем главы правления. Парт­нером Шевченко по Терра Банку, по сообщениям СМИ, стал заместитель министра финансов Вадим Копылов. Хотя публично этот чиновник данную информацию не подтверждает и не опровергает. Между тем СМИ приписывают этой парочке контроль над еще одним учреждением — Банк Камбио. Появление Шевченко среди акционеров именно Терра Банка выглядит неслучайным. Его владельцем числилась «Украинская страховая группа», сегодня принадлежащая австрийской Vienna Insurance Group, но до 2007 г. входящая в бизнес-империю нынешнего губернатора Львовской области, регионала Василия Горбаля, почетного президента Укргазбанка. Именно в этом проблемном банке, после его фактической национализации, г-н Шевченко сначала возглавил наблюдательный совет, а затем стал кризис-менеджером в правлении. Опрошенные «ВД» банкиры считают почетного президента Укргазбанка Горбаля бизнес-партнером Кирилла Шевченко.

Терра Банк — это ваш первый банк?
— Да, наверное, первый. Как собственника — первый.

У кого вы его купили?
— Предыдущими собственниками являлись три физических лица. (Кирилл Шевченко не уточняет ни имен своих парт­неров, ни прошлых владельцев банка, ссылаясь на коммерческую тайну — прим. «ВД»).

Где вы заработали деньги на приобретение банка?
— Денег, которые я зарабатывал в банковской системе, будучи зампредом большого банка, входящего в топ-10 крупнейших финансовых учреждений страны, еще до прихода на госслужбу, мне хватило. Да и порог входа по этой сделке был невысоким.

Это была покупка банка за долги?
— Нет, это не наш стиль ведения бизнеса. Понимаете, я в этом бизнесе всю жизнь и у меня есть видение, как сегодня развивать банковский бизнес в Украине. Терра Банк имеет определенную сеть, хорошую инфраструктуру. На банковском рынке среди более 100 небольших банков очень мало амбициозных. Штук десять. Я занимаюсь этим бизнесом 12- 16 часов в сутки. Развиваю банк по трем направлениям: работа с физическими лицами, с компактным корпоративным клиентом, а также проекты, связанные с интернет-банкингом и специальными моделями скоринга (скоринг — механизм оценки платежеспособности клиента — прим. «ВД»).

Вы планируете восстанавливать долгосрочное кредитование через свой банк?
— Ипотеку я пока что вообще не рассматриваю. Я бы с удовольствием занялся кредитованием жилья, но мы в результате кризиса пришли к выводу, что нужно иметь сбалансированные активы и пассивы в банке. Депозитов на десять лет, на 30 лет вы сегодня не найдете в банках! О каких кредитах на квартиры на десять лет при этом можно говорить? Где банку взять деньги? Что же касается кредитов бизнесу, то я вижу только одну возможность по долгосрочному кредитованию — на величину собственных средств предприятия-заемщика. Но кредитов на год-два под оборотные средства недостаточно. Помню, лет десять назад банкиры и промышленники собирались в НБУ. Предпри­ниматели спрашивали: «Ну когда же банковская система даст нам долгие и дешевые кредиты?!». Один из руководителей НБУ тогда отрезал: «Как только бизнес принесет в банки долгосрочные депозиты». И в отношении «длинных» денег мы сегодня стоим почти на той же точке, что и десять лет тому.

Каким требованиям должен отвечать клиент, чтобы получить у вас кредит?
— Это должна быть компания, которая нормально ведет свой бизнес, имеет понятную для нас финансовую отчетность. Мы не требуем сверхжестких подходов к залогу, хотя смотрим при кредитовании на финансовые потоки компании. Кредиты можем выдавать на срок до двух лет. Это не значит, что не может быть исключений.

У вас в банке много проблемных кредитов?
— Нет. Хотя часть проблемного портфеля у нас есть до сих пор, но он ограничивался буквально 10-15 фамилиями по корпоративному сегменту. Большинство из них находятся с нами в процессе погашения или же мы продаем залоговое имущество. Мы достаточно жестко ведем себя с теми, кто почему-то просто не хочет платить.

С коллекторами сотрудничаете?
— Коллекторы эффективны на больших портфелях розничных кредитов. У нас есть маленький портфель в размере 500 проблемных потребительских кредитов, в одном из регионов на общую сумму менее 4 млн грн. Вот по ним мы работаем с рядом коллекторских компаний. Это — цивилизованный бизнес. А продать кому-то долг с дисконтом, чтобы списать его с баланса и забыть, — это, по моему мнению, неправильно.

Глава всея ипотеки
В 2007-2009 гг. Кирилл Шевченко возглавлял одну из самых скандальных госкомпаний — Государственное ипотечное учреждение. Эта структура призвана удешевить кредиты на жилье для населения. Выглядит схема так: ГИУ получает от власти денежные ресурсы, которые, под небольшие проценты, выдает в виде рефинансирования коммерческим банкам. Те в свою очередь предоставляют эти деньги населению в виде займов на жилье, под приемлемые или льготные проценты. Но в реальности практически каждое руководство ГИУ обвиняли в растрате средств. Например, в 2005 г. тогдашний глава правления ГИУ (и теперешний глава Нацкомморали) Василий Костицкий был обвинен в покупке на казенные деньги иномарки Mazda 6, а также переводе средств в пользу некоего «Института законодательных прогнозов и правовой экспертизы» (по странному стечению обстоятельств учредителями этого института были Василий и Ирина Костицкие). Факты хищения подтвердила проверка Главного контрольно-ревизионного управления.

Время правления Кирилла Шевченко исключением из правил не стало. По итогам недавней проверки Счетной палаты был оглашен вердикт: «деятельность ГИУ проводилась с нарушениями законодательства и базировалась на полученных в 2007-2009 гг. под гарантии 3 млрд грн.». По данным Счетной палаты, с ведома Минфина учреждение рефинансировало проблемные банки под видом ипотечной госпрограммы, с использованием индивидуальных льготных процентных ставок. Процесс вылился в более 700 млн грн. задолженности перед бюджетом. По данным СМИ, несколько сотен миллионов гривен рефинансирования было выделено банку «Надра» в период, когда под офисами уже стояли очереди перепуганных вкладчиков.

ГИУ под руководством Кирилла Шевченко прославилось и довольно высокими, как для госслужащих, окладами. Согласно упомянутому отчету Счетной палаты, в 2008-2009  гг. пять членов правления и главный бухгалтер получили 6,6 млн грн. зарплаты, или 26% от всего фонда оплаты труда госструктуры. Сам экс-глава правления ГИУ Кирилл Шевченко комментирует итоги проверки «обтекаемо».

Согласно отчетам Счетной палаты, в 2008-2009 гг. пять членов правления и главный бухгалтер получили 6,6 млн грн. зарплаты, а в 2008 г. приобрели два автомобиля за 440 тыс. грн. Вы считаете такие оклады и расходы госслужащих допустимыми?
— Я не комментирую это (Кирилл Шевченко просил, по возможности, вычеркнуть этот вопрос из интервью при согласовании — прим. «ВД»).

Почему вокруг ГИУ чаще, чем вокруг других ведомств, возникают скандальные ситуации?
— Мне трудно ответить на этот вопрос.

Может быть, нужно усилить контроль над этим учреждением? Ведь в итоге мы видим не программу улучшения кредитования жилья для населения, а дорогие авто и большие зарплаты руководства…
— Существует достаточно государственных компаний, которые занимаются аналогичным рынком за границей. И в России, и в Казахстане. У каждой из них свои проблемы роста. И говорить, что украинская компания в чем-то хуже, нельзя.

Но в Казахстане каждые два года не снимают правление ипотечных госкомпаний с заявлениями о растрате средств, не так ли?
— Я сегодня не управляю ГИУ и мне тяжело это объяснить. Нормативная база, которая регулирует ГИУ, совершенствуется. С того момента, когда я ушел из ГИУ, многое изменилось. И правильнее адресовать этот вопрос правлению.

Почему вы ушли из ГИУ?
— Правительство решило поменять стратегию работы финансового ипотечного учреждения на компанию, которая будет непосредственно обеспечивать жильем определенные категории граждан. У меня не было согласия с такой политикой и в этой ситуации мне было проще уйти.

Переориентация деятельности учреждения мешала ему осуществлять прямые функции?
— Дело было даже не столько в переориентации, сколько в экономическом кризисе. ГИУ — это финансовая государственная компания второго уровня, и кризис просто не мог ее не задеть. Множество вещей, по тому же рефинансированию банков и выравниванию стоимости ипотеки для конечного потребителя, можно завершить сегодня, в условиях совершенно здравой политики. Сейчас уставный фонд ГИУ увеличивают на 2 млрд грн. В условиях, когда ипотечный рынок «свернулся», стал меньше, эти два миллиарда дают замечательную возможность ГИУ занять именно то место на рынке ипотеки страны, которого оно достойно.

Вместе с вами в ГИУ работал ряд топ-менеджеров, который ранее управлял струк­турами Константина Жеваго. Существует версия, по которой ваше назначение в ГИУ состоялось благодаря г-ну Жеваго. Это правда?
— А какие менеджеры Константина Жеваго работали вместе со мной в ГИУ?

Например, Вячеслав Коноплев. Он возглавлял департамент по управлению рисками в банке «Финансы и Кредит» и перед приходом в ГИУ был президентом страховой компании «Омега», входящей в группу «фиников» (так в среде банкиров называют банк «Финансы и Кредит» — прим. «ВД»).
— Да, они пришли в ГИУ через какое-то время после моего назначения. Это я их приглашал на работу. Кстати, у нас в банке тоже много выходцев из банка «Финансы и Кредит», но это не означает, что Жеваго является хозяином Терра Банка.

То есть теперь вы переманиваете к себе специалистов из компаний Константина Жеваго?
— Я приглашаю на работу качественных профессионалов, в которых уверен.

Какие у вас отношения с Константином Жеваго?
— С Константином Валентиновичем у меня отношения нормальные, дружеские.

Он с вами советуется по финансовым вопросам?
— Нет, Константин Жеваго сам достаточно хорошо разбирается в финансовых вопросах.

Нарушитель тишины
В лице Кирилла Шевченко украинская пресса потеряла отличного репортера, а возможно, — главного редактора. В детстве школьник Шевченко был внештатным редактором местной газеты г. Ста­ханова — «Стахановское знамя». «Как комсомольский активист я писал острые очерки на тему молодежных движений». Но поступать на журфак не решился, так как испугался ключевого экзамена — сочинения. Он постеснялся своего почерка и к тому же усомнился в собственных творческих способностях. «Я человек не творческий. Даже когда у нас в банке проходят совещания и поднимается вопрос чего-то креативного — логотипа, макета рекламы, я всегда говорю, что приму решение, которое выработают мои коллеги. Тогда, в юности, я понял, что сочинение не сдам никогда». Так он предпочел бухгалтерию журналистике. Теперь работа занимает у Кирилла Шевченко почти все свободное время, а отпуск всегда начинается с трех-четырехдневного отсыпания. Во время работы он позволяет себе не более пяти-шести часов сна в сутки.

После стрессов на работе успеваете переключиться на отдых?
—Я отдыхаю мало. Для отдыха меня нужно хотя бы раз в год вывезти полежать под солнышком, на пляж, и еще раз куда-нибудь, где холодно.

А где вы предпочитаете проводить отпуск?
— Люблю морские побережья, но там, где не очень жарко. В этом году был в Крыму и в Италии.

Где именно в Италии?
— Не на Сардинии (смеется) (на Сардинии отдыхает Юлия Тимошенко — прим. «ВД»). Все достаточно скромно. Я отдыхал на Сицилии вместе с семьей — женой Юлией и дочерью Лизой.

У вас есть хобби?
— Полноценного — нет. В советское время вышел такой фильм — «ЧП районного масштаба» (лента снята режиссером Сергеем Снежкиным в 1988 г. по одноименной повести Ю. Полякова — прим. «ВД»). Про жизнь первого секретаря одного из районов города Москвы, крупного партийного руководителя. Когда ему было совсем плохо и его мучила действительность, он закрывался в комнате отдыха с баяном. Он объяснял это так: «Поиграю полчаса — и давление в норме».

Вы тоже играете на баяне?
— Я играю на гитаре.

И вы закрываетесь в своем кабинете на работе, чтобы поиграть?
— Я делаю это дома. У меня несколько гитар. Одну, самую замечательную, подарили коллеги. Это достаточно дорогая модель электрогитары Gibson SG, легендарная модель! На такой играли в свое время в группе Black Sabbath. На такой сегодня играет гитарист группы «Ленинград». Когда я ее достаю и начинаю в меру своих скромных сил трынькать, меня мучает совесть. Я думаю, сколько же есть молодых талантливых музыкантов, для которых игра на такой гитаре — это счастье. И тут — я. Прямо скажем, дилетант. Играю с детства, со двора. Но все равно полный дилетант. Мучаю эту бедную гитару.

И какие песни чаще играете?
— Hotel California. The Eagles — 17 минут. Мне, по принципу того же партийного руководителя, нужно какое-то время, чтобы прийти в себя. Когда я закрываюсь с гитарой, через часик у меня хорошо «переформатируется жесткий диск», нет никакого мусора — и можно продолжать работать.

Подпеваете себе?
— Да, но стараюсь, чтобы этого никто не слышал. Иногда, когда мы собираемся в компании друзей и там звучит акустическая гитара, в общем хоре я могу себе позволить спеть.

Перспективы
Свое ближайшее будущее Кирилл Шевченко связывает прежде всего с Терра Банком, по развитию которого строит гигантские планы — небольшое финучреждение метит во вторую-третью группу банков страны. «В третью группу мы должны выйти по состоянию на конец третьего квартала 2011 г. Уже 1 октября этого года наши активы превысили миллиард гривен. К первому кварталу 2011 г. Терра Банк должен присутствовать в регионах, которые охватывают 76% ВВП страны — основных монетарных регионах», — говорит банкир. В 2011 г. учреждение планирует выходить на внутренние рынки заимствования через выпуск облигаций, чтобы привлечь деньги на развитие. Ради этого, по словам Шевченко, банк уже готовит финотчетность по международным стандартам.

А как же карьера на госслужбе? Ее продолжения Шевченко тоже не исключает. И хотя в данный момент возвращение в госаппарат в его планы не входит, на соответствующий вопрос «ВД» банкир загадочно отвечает: «никогда не говори никогда».

Маргарита Ормоцадзе |  Ноябрь 2010, (№287)